События последних месяцев и постоянно обостряющаяся обстановка на внешнеполитической арене довели до того, что развертывание российской национальной системы платежных карт перешло из разряда стратегических задач в область «горящих» проектов. Судя по предложениям правительства, регуляторов и игроков рынка, создание российской национальной платежной системы будет проходить в два основных этапа.

События последних месяцев и постоянно обостряющаяся обстановка на внешнеполитической арене довели до того, что развертывание российской национальной системы платежных карт перешло из разряда стратегических задач в область «горящих» проектов. Судя по предложениям правительства, регуляторов и игроков рынка (а они сейчас как никогда тесно взаимодействуют), создание российской национальной платежной системы будет проходить в два основных этапа.

528426_507025629329006_1632506333_n

Евгений Козлов, директор по маркетингу сервиса UBANK, рассказывает, как будет создаваться национальная платежная система

На первом этапе ЦБ РФ предлагает банкам создать между собой плотную «сетку» межхостовых соединений. Суть этой меры заключается в том, что обработка карточных транзакций через прямое межхостовое соединение между банком-эмитентом и банком-эквайером не требует участия платежных систем, поскольку осуществляется напрямую. В случае создания густой «сетки» банковских межхостов возможные блокировки карт со стороны международных платежных систем (МПС) не смогут оказать влияние на внутрироссийские транзакции. Межхостовая сетка позволит держателю карты «отключенного» банка провести транзакцию в POS-терминале эквайринговой сети другого банка, даже если и он «отключен».

Данная мера — относительно недорогой и быстро реализуемый способ создать для банков и, естественно, для пользователей некую подушку безопасности на экстренный случай. Однако это решение во многом промежуточное. Оно не спасает от других рисков в случае глобального ухудшения внешнеполитической ситуации: проблему внешних транзакций межхостовая сеть вообще не решает. Исключение самих российских банков из МПС в любом случае сделает транзакции по выпущенным ими картам этих систем невозможными. Бесспорно, такую ситуацию сейчас сложно представить, она выглядит почти фантастической, но столь же нереальным казалось в январе этого года и одностороннее отключение процессинга карт какого-либо банка по политическим причинам.

Помимо «пожарного» создания сетки межхостовых соединений между банками, складывающаяся ситуация требует от власти и бизнеса скорейших усилий по построению собственно национальной платежной системы — такой, как китайская UnionPay или японская JCB. Эту систему правильнее и корректнее было бы называть национальной системой платежных карт (НСПК). В отличие от кейса с упомянутой China UnionPay, чье неторопливое развитие не осложнялось никакими санкциями и в общей сложности заняло чуть менее десятилетия, российская НСПК нужна в режиме «здесь и сейчас» и должна быть выстроена хотя бы в течение текущего года. Как гарант стабильности в случае санкций для отдельных банков.

Сегодня игроки российского платежного рынка единодушны в самом вопросе создания НСПК. Никто более не спотыкается о вопрос «А сколько я на этом заработаю?» — вопрос, который в свое время остановил развитие оригинальных отечественных систем типа STB Card и Union Card. Этот вопрос не стоит сегодня хотя бы уже потому, что в случае блокировки международными платежными системами карт российских эмитентов вопрос о заработке вообще теряет смысл — речь пойдет о прямых потерях. И здесь российский бизнес и государство уже играют в одной команде, договорившись по ряду принципиальных моментов.

Во-первых, создавая НСПК, никто не будет рушить сложившийся карточный рынок, где около 92% карт — это карты МПС Visa и MasterCard. Речь о каком-либо административном «вытеснении» международных платежных систем с российского рынка не идет. Задача ставится иначе: создать им полноценного внутреннего конкурента.

Во-вторых, сам регулятор, ряд крупнейших банков и отраслевых ассоциаций видят оператором НСПК новую некоммерческую организацию, подконтрольную ЦБ РФ.

В-третьих, достаточно прозрачна ситуация и с тем клиентским сегментом, на котором будут «тестироваться» карты российской НСПК. На рынке с осени прошлого года циркулировала информация о возможном создании Федеральным казначейством собственной расчетной системы для выплат государственным служащим. Скорее всего, проект не будет реализован, и первичная эмиссия карт новой российской платежной системы будет нацелена на данную аудиторию.

1401683506_0767.1000x750

Несколько сложнее выглядит ситуация с выбором технологической платформы для будущей российской национальной системы платежных карт. С одной стороны, создание с нуля такой платформы может быть достаточно затратно не только для государства, но и для банков (из-за необходимости модернизировать инфраструктуру приема карт — банкоматы и POS-терминалы). С другой стороны, сегодня именно за этот, «нулевой», вариант выступает большинство крупных розничных банков. По меньшей мере, стала ясна их позиция: основные игроки против создания НСПК на базе любой из существующих российских платежных систем. Это касается как «Универсальной электронной карты» (УЭК), расчетным центром которой является Сбербанк, так и «классических» систем — «Золотой короны» и NCC\Union Card.

Тем не менее подобная позиция не означает окончательного отказа от построения российской НСПК на технологической платформе ПРО100, используемой в проекте УЭК. Журналисты зачастую считают эти понятия синонимами, что, разумеется, некорректно. Так называемая платежная система ПРО100 включает в себя технологическую платформу, использующую на картах модифицированные платежные приложения стандарта MChip4 (разработка MasterCard). За счет этого обеспечивается совместимость ПРО100 с уже существующей в России инфраструктурой приема карт, причем вся сеть банкоматов Сбербанка и около 25% российских ритейлеров, принимающих карты, уже могут обслуживать карты ПРО100. Это основной плюс данной платформы, именно он может послужить козырем в процессе выбора технологического базиса для НСПК.

ПРО100 как технологическая платформа вполне может выступать и отдельно от проекта УЭК, и отдельно от своего расчетного центра — Сбербанка. Если принятие платформы ПРО100 за основу технологии будущей НСПК и состоится, то это, скорее всего, будет подразумевать две вещи. Первое — «очищение» новых карт от «государственных» и идентификационных функций, присущих УЭК, так, чтобы на карте осталось только платежное приложение. Второе — обслуживание системы должен будет вести независимый расчетный центр, подконтрольный ЦБ, или, во всяком случае, такой расчетный центр, где банки будут иметь равные доли, а Сбербанк не будет мажоритарным акционером. В таком варианте принятие ПРО100 за основу способно значительно ускорить построение и коммерческий запуск российской НСПК.

Важно понимать, что помимо роли «зонтика безопасности» для внутреннего платежного рынка, двухэтапное создание российской НСПК может сыграть роль внутреннего драйвера рынка безналичных платежей. Во-первых, НСПК укрепит доверие населения к банковским картам и предотвратит отток средств в «наличку». Во-вторых, банки вправе рассчитывать на льготные комиссии и взносы при участии в российской НСПК — это сократит их издержки. В-третьих, развитие сетки межхостовых соединений послужит стимулом для дальнейшего ускорения процесса объединения банкоматных сетей разных банков. Таким образом, очевидно, что идущий сегодня процесс построения российской НСПК для игроков российского платежного рынка является не вопросом следования очередной государственной блажи, а насущным вопросом устойчивого развития их бизнеса.

Оригинал: http://kommersant.ru/doc/2480510

Евгений Козлов